О численной оценке уровня фальсификаций по Волжскому одномандатному избирательному округу

8 сентября 2019 года состоялись выборы Государственного совета Республики Татарстан 6-го созыва. Командой наблюдения кандидата Веры Керпель, включающей независимых от власти наблюдателей движения Голос, штабов Навального и В.Керпель, партии Яблоко, Ассоциации наблюдателей Татарстана, было накрыто 42 избирательных участка из 64-х, имеющихся в 31-м Волжском одномандатном избирательном округе.

Принцип распределения независимых наблюдателей по округу был прост и естественен: “в первую очередь накрываем самые крупные – по числу избирателей – участки”. По разным причинам (включая логистику) повсеместно этот принцип соблюсти не удалось, однако если ранжировать избирательные участки 31-го округа по числу избирателей, то независимые наблюдатели накрыли первые 35 наиболее крупных участков, а также участки с рангами 37, 39, 41-44, 47. В долях от числа избирателей округа (63028 избирателей по единому округу на 20 часов 8 сентября) это составило 89.21% (56230 избирателей). Выборка получилась вполне репрезентативная.

Местами на участках 31-го округа рядом с независимыми наблюдателями работали наблюдатели КПРФ. Которые иногда успешно и эффективно с нами взаимодействовали.

По официальным данным, по 31-му одномандатному округу при явке 45.66% два первых места заняли кандидаты Ренат Мистахов и Вера Керпель с результатами 14147 голосов (49.32%) и 5281 голос (18.41%) соответственно. По единому республиканскому округу (партийным спискам) в 31-м округе при явке 46.01% впереди оказались ЕР и КПРФ с результатами 15378 голосов (53.08%) и 5548 голосов (19.15%) соответственно.

Мы ранее уже заявили о непризнании результатов минувших “выборов” и показали, основываясь на официальных данных ГАС “Выборы”, некоторые признаки фальсификаций. В этой заметке мы публикуем результаты нашего исследования по численной оценке уровня фальсификаций в целом по Волжскому одномандатному избирательному округу № 31.

Начнём с констатации привычного для независимых наблюдателей факта: как и всегда ранее, одного лишь присутствия на избирательных участках хорошо подготовленных независимых наблюдателей нередко достаточно для резкого снижения официальной явки избирателей (до 40% в данном случае при 95% на остальных участках) и резкого роста числа недействительных бюллетеней (5.85% и 0.22% соответственно):

(Примечание: числовые данные здесь приведены вновь для списка избирателей 31-го округа, обладающих активным избирательным правом по единому республиканскому округу.)

При этом на предыдущих федеральных и региональных выборах столь существенных различий между двумя названными группами избирательных участков не наблюдалось:

Такие “парадоксы” мы замечаем с завидной стабильностью, на любых выборах и референдумах: 1) из-за независимых наблюдателей избиратели якобы “в испуге разбегаются” (не идут голосовать), а самые смелые из них, таки дошедшие до избирательных участков, вдруг якобы “тупеют” (массово ошибаются при заполнении избирательных бюллетеней, переводя последние в категорию недействительных); 2) на не контролируемых же независимыми наблюдателями участках явка зашкаливает под 100%, а недействительных бюллетеней почти нет (т.е. там избиратели сплошь грамотные).

Серьёзно же говоря, названные “парадоксы” являются очевидными признаками фальсификаций, вновь существенно исказивших народное волеизъявление, и потому не позволяющих надёжно установить действительные результаты голосования.

Кроме того, рост доли недействительных избирательных бюллетеней на этих выборах объясняется, среди прочего, и протестным голосованием, для которого в Зеленодольском муниципальном районе есть несколько общеизвестных причин (помимо общих для всего Татарстана).

На этих выборах в 31-м округе в силу отмеченной выше существенной плотности независимого наблюдения появилась редкая для Татарстана возможность – дать численную оценку уровня (масштаба) фальсификаций в отдельном избирательном округе.

Методика нашего исследования такова:
1. Мы построили графики зависимостей от явки доли голосов, набранных в 31-м округе двумя победителями “выборов” как среди кандидатов-одномандатников, так и по партийным спискам:

 

 

На двух этих графиках нетрудно заметить следующие общие закономерности:

  • в области невысокой явки (до 45%) явной зависимости результатов (доли набранных кандидатами/партиями голосов избирателей) от явки не наблюдается;
  • при этом облака точек результатов двух конкурентов сильно перекрываются. Возможно, облако Р.Мистахова лежит чуть выше. Облако же ЕР явно лежит выше облака КПРФ;
  • однако с ростом явки картина радикально меняется: точки Р.Мистахова (и ЕР) неуклонно рвутся вверх вплоть до 100%, тогда как точки В.Керпель (и КПРФ) столь же неуклонно падают вниз вплоть до нуля;
  • облако точек выше 45% явки сильно разрежено;
  • но выше 90% явки, наоборот, появились сгустки, только в диаметрально разных областях доли голосов: почти на нуле у В.Керпель (и КПРФ) и почти 100% у Р.Мистахова (и ЕР).

2. По совокупности упомянутых фактов мы пришли к выводу, что достаточно надёжные оценки истинных результатов голосования можно получить по участкам с явкой менее 45% (где, повторим, явной зависимости результатов голосования от явки ещё не наблюдается). И наоборот, официальные данные по участкам с явкой выше 45%, где наблюдается сильная зависимость результатов кандидатов и партий от явки, заведомо недостоверны.

Названное множество составило 32 участка с общим числом избирателей 46337 (73.92% от 62864 избирателей всего по 31-му одномандатному округу). Нетрудно заметить, что в это множество не вошли 10 участков из числа накрытых независимыми наблюдателями. И в этом нет ничего удивительного: существенно разными на разных участках были как квалификация и намерения наблюдателей, так и условия наблюдения.

3. Оценка (по названному множеству участков) доли набранных кандидатами-одномандатниками голосов, а также доли недействительных бюллетеней, с последующей экстраполяцией полученных данных на весь 31-й округ, дала такие результаты:

 

Таким образом, получается, что

  • явка искажена (путём физических вбросов избирательных бюллетеней и/или приписками) на примерно 7400 человек;
  • кроме того, от переброса голосов (бюллетеней при их сортировке) пострадали кандидаты Андреев, Керпель, Мельникова. Переброшена также значительная часть недействительных бюллетеней;
  • бенефициарами указанных манипуляций стали кандидаты Мистахов (в основном) и, возможно, Мердеев (в существенно меньшей мере);
  • при отсутствии манипуляций и искажений (при чистоте всех процедур голосования и подсчёта голосов избирателей) разрыв между двумя победителя выборов в 31-м округе был бы много меньше официального.

4. Проанализировав полученные результаты, мы пришли к выводу, что одного критерия – “явка до 45%” – для включения того или иного участка в число надёжных недостаточно: необходимо также учесть сведения от наших наблюдателей о чистоте (степени соответствия закону) реализованных на участках процедур голосования и подсчёта голосов.

По результатам опроса, по рекомендациям наших наблюдателей и нашего штаба из числа 32-х надёжных участков дополнительно были исключены ещё 3 участка, на которых работавшие там независимые наблюдатели сами не уверены в достоверности полученных результатов голосования.

Оставшиеся в выборке надёжных 29 участков суммарно насчитывают 42289 избирателей (67.27% от списочной численности избирателей округа).

5. Применив к уточнённому множеству участков описанную в п.3 процедуру – оценив доли набранных кандидатами голосов и долю недействительных бюллетеней, а затем экстраполировав полученные данные на весь 31-й округ – мы получили такие (уточнённые) результаты:

 

Анализ этих результатов приводит нас к таким выводам:

  • основными (в порядке вклада в итоги) способами фальсификаций в 31-м округе стали: 1) физический (в стационарные и переносные ящики для голосования, а также на стол при подсчёте голосов) или виртуальный (внесением в итоговые протоколы заведомо фальшивых, но “нужных” заказчикам сведений) вброс избирательных бюллетеней; 2) переброс бюллетеней при подсчёте голосов от “неправильных” кандидатов и партий к “правильным”;
  • уровень конкуренции между кандидатами-одномандатниками в действительности был очень высок. Победителя от проигравшего – если бы не было искажений – отделяли считанные голоса (или десятки голосов);
  • выбор избирателей 31-го округа сильно искажён незаконными манипуляциями в пользу административных кандидатов. Официальные “результаты голосования” по 31-му округу далеки от истинного волеизъявления избирателей округа.

Разумеется, за рамками настоящего исследования остались такие важные этапы/элементы минувших выборов, как выдвижение кандидатов, сбор подписей в поддержку их выдвижения, регистрация кандидатов, формирование и использование избирательных фондов, условия предвыборной агитации, фактические условия наблюдения в день голосования, фактический уровень правосознания участковых комиссий, административное принуждение к голосованию, административное противодействие независимому наблюдению, отсутствие видеонаблюдения в помещениях для голосования.

Дмитрий Первухин, координатор Ассоциации наблюдателей Татарстана

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *